kineska (kineska) wrote,
kineska
kineska

Category:

Каротину - быть!


Для меня этот фильм существует в двух плоскостях и замыкается не столько на давнюю повесть одного из авторов сценария, Владимира Ишимова, сколько на фильм 1970 года самого Геннадия Полоки, «Один из нас».

В некотором роде, подобно тому, как «Наше призвание» является идейным продолжением «Республики ШКИД», «А, был ли Каротин?» идейно перекликается с этим фильмом. Снова оборонный завод. Снова иностранная агентура. Снова разведка, контрразведка и прочие «шпионские страсти». Но ситуация развёрнута на 180 градусов. Если в 1970 на экране действовал непрофессионал, направляемый обстоятельствами и напутствиями НКВД, главный герой «Каротина» - опытный контрразведчик, работать которому приходится с и под началом идейных дилетантов.

Бытует мнение, что каждый писатель всю жизнь пишет одну и ту же книгу. Это, пожалуй,  относится к любому художнику. Полока не исключение. Его герой – одиночка. Романтик, интеллигент, революционер, профессионал. А действовать ему приходится чаще в совершенно альтернативной себе, дилетантской, а, порой, и вовсе, враждебной среде. Таковы его Сорокин в «ШКИДе», Воронов в «Интервенции», Бирюков в «Одном из нас», Григорьев, Гудков в «Нашем призвании», Герц в «Возвращении «Броненосца»,  Адамов в «Око за око».

Но к многосерийным лентам у Полоки собственный подход: каждая серия, считает он, должна быть закомпанована как отдельный, самостоятельный фильм. Потому, что нормальный человек не может посвятить просмотру кино с продолжением  три вечера своей жизни подряд.  Неподготовленного зрителя, справедливости ради, это здорово раздражает, создаёт иллюзию сумбура и суетности с многочисленными рефренами. Но, чего таить греха: расслабиться и отдохнуть перед экраном фильмы Полоки не дают. Они всегда требуют от зрителя подключения и работы ума.

А пошевелить мозгами при просмотре «Каротина» придётся! Детективная линия вьётся тонкой ниточкой, петляя и оборачиваясь вокруг огромного количества персонажей, событий, порой и вовсе теряясь и отходя на второй или третий план. В определённый момент следить за ней становится просто скучно. Но не из-за того, что она плохо прописана в сценарии, нет. Слишком пёстрая, насыщенная событиями атмосфера овладевает зрителем с первых же кадров ленты. Слишком яркая череда персонажей возникает перед ним. И ни один не похож на другого! Что, правда, тоже не даёт зрителю возможности сконцентрироватья. Поэтому единичного просмотра картины может быть недостаточно.  Слишком много информации, слишком быстрая смена событий, огромное количество действующих лиц.



Как и во всех фильмах Полоки, тонкий самобытный юмор органично вплетён в повествование, как визуальное, так и на уровне звучащего слова. Проходных эпизодов и притянутых шуток в фильмах Полоки не бывает никогда. Даже фоновые реплики, часто заменяемые у других режиссёров «гур-гурами», достойны внимания и пишутся отдельно под каждый эпизод. Присутствуют элементы чёрного юмора, обычные шутки, шутки «на грани и за гранью», юмор абсурдистский, интеллигентский, юмор балаганный; юмор внутрицеховой, киношный.

И действие, без долгих раскачек и постепенных подводок, с первых же кадров с головой окунает зрителя в яркий киноатракцион. Кинофарс. Трагифарс. Трагикомедию. Балаган. Буфф.

Фирменный стиль, режиссёрский почерк Полоки складывается из умения филигранно сочетать в едином полотне яркие сочные краски с тонкими, лирическими полутонами. Из фильма в фильм за режиссёром следует его излюбленный актёрский ансамбль, Бортник, Дмитриев, Малиновская, Майорова, Рыжов, Мищенко, Гурченко. Из фильма в фильм переходят «человек с ружьём», Ксения Воробей; Сыровегин/Лисюк, «Чапаев на административной работе».  И фоном, декорацией, в которой разворачивается действие фильма, вновь, как в незабвенной «Интервенции», возникает Одесса. На сей раз – в роли приморского городка Нижнелиманска, на причал которого, под звуки духового оркестра, играющего темы Вениамина Баснера, спускается заглавный герой. По легенде он – учёный из Москвы и прибывает по назначению тайно, однако легенда уже разнеслась по городу и скоро под дверью его номера в гостинице выстраивается вся научно-техническая интеллигенция Нижнелиманска.

Каротина встречают, в прошлом лихой рубака, кавалерист, а ныне работник внутренних органов, Лисюк с подручными. «Идейным сиротой» Цыбой и Лёвой, парнем «с интеллигенщиной».  За рулём автомобиля – меланхоличный шофёр Дэннис, взявший себе такое имя в честь героически замученного иностранного революционера.

Впрочем, компания пассажиров корабля, не менее пестра. Как уже было сказано, каждый в той или иной степени заявит себя по ходу киноповествования. Здесь американец, обременённый комплексом вины по отношению к своему надменному слуге-негру. Здесь, на ходу придумывающий сюжеты будущих фильмов (к слову, пока не снятых на временной момент, отраженный в «Каротине», но легко идентифицируемые как известнейшие произведения Советского кино), кинорежиссёр Микитов-Разумник с популярной актрисой Антониной Барс («Сонькой Барсуковой с Молдаванки»). Не менее колоритны и местные жители. Узнаваемые персонажи с лицами узнаваемых актёров. Вообще, актёрский ансамбль, как всегда, на высоте. Впечатление, правда, резко портит своей игрой супруга режиссёра, занятая в одной из главных ролей. Справедливости ради, во-первых, это не единственный минус ленты. Во-вторых, многие ещё всё-таки женятся по-любви, а не по таланту избранницы. В-третьих, наконец, Елены Кузьмины, Нинели Мышковы, Ирины Скобцевы, Ларисы Кадочниковы и  Любови Орловы – явления штучные и неповторимые.

Вообще, Полоку стоит смотреть «полным собранием», чтобы научиться слёту разбирать авторский почерк и быстро схватывать «заряженные» аттракционы. Он верен себе, своему ремеслу, искусству, которому служит. Он даже, в определённой степени, предсказуем и однообразен, но не монотонно и бездумно, а как самодостаточный и самобытный художник с узнаваемой манерой письма.

Зрителя ждёт полное погружение в эпоху и атмосферу конца 20-х годов, пропущенных сквозь личное восприятие их режиссёром. Много музыки, праздничных парадов и кумача. Многослойный, пожалуй, даже чересчур многослойный сюжет. Местами перегруженный, местами перемудренный, но всегда становящийся ясным и логичным при подробном разборе.

Между тем, всё-таки, не оставляет мысль… 1989. Бушует Перестройка. ВГИК раскачан «вольными трибунами». Школа уходит от канонов, глядя на Мастеров, ломающих копья на баррикадах Пятого съезда. Запреты сняты. Разрешается всё. Вечные режиссёры-полочники расправляют плечи. И здесь Полока – один из первых. Грудь наполняется воздухом свободы. Твори, казалось бы, вовсю… И, что мы видим? 1986 – доделывается прикрытая в начале 80-х последняя часть «Нашего призвания» и выходит отдельным фильмом под названием «Я – вожатый Форпоста». Картина уникальна тем, что половина материала отснята через семь лет после того, как недоделанный фильм лёг на полку. Благодаря мастерскому монтажу, разницы не видно. Но в дальнейшем творчестве не ощущается «широкого взмаха высвобожденного крыла» режиссёра. Выпущены всего три картины. Одна до сих пор ещё не вышла к зрителю. «Каротин» и «Возвращение «Броненосца»», - отчасти, идейном продолжении «Каротина» (заглавный персонаж появляется в финале ленты), - будто бы вымучены. Эта «вымученность» ощущалась уже в «Призвании», но не так явно. Доперестроечный Полока – лёгкий вдох и выдох. Постперестроечный – лёгкое кислородное голодание, судорожное глотание воздуха и пульс в висках. Притом, что сохранён авторский почерк, авторский юмор и  молодой задор. К чему я это говорю? К тому, что начинать смотреть Полоку с его многосерийных фильмов не следует. До «Каротина» обязательно стоит увидеть «Одного из нас». Картину, в которую влюбляешься слёту. Невероятно смешную, умную, ироничную, с крепкими молодыми зубами, которые уже основательно подрасшатаны на «Каротине».

Полока – Мастер. Откровенно слабых лент у него нет. Он разный.  Он неровный, как и любой другой творец. Но его не спутаешь ни с кем другим.

Любопытный факт. Параллельно с "Каротиным". В один год. В Одессе. В одних интерьерах, с теми же артистами, с привлечением ещё нескольких Полокиных любимцев, был снят ещё один замечательный фильм. «Дежавю». Как и герой последующего «Возвращения «Броненосца»», герой Ежи Штура попадает на съёмки к Эйзенштейну, также – в сцену «Потёмкинская лестница». Полока и Махульский – не те мастера, которые могут быть склонны ко взаимоплагиату. Но почему фильмы оказались так похожи друг на друга – загадка, разгадать которую я до сих пор не могу, а обратиться непосредственно к одному из создателей, не решалась. А любопытно было бы выслушать хотя бы приблизительную версию…


«Крылатые фразы» из фильма «А, был ли Каротин?»


- А, что девушка делает "хойте абент", сегодня вечером?

- "Хойте абент", сегодня вечером, девушка замужем!


 Какая потеря для мирового рабочего движения!


- Здесь до войны проживал некий Верман.

- Он музыкант?

- Нет.

- Зубной врач?

- Нет.

- Скажите, а Бирман не подойдёт?

- Нет, Бирман не подойдёт.


Огромные перспективы у вашего города!



Это люди без полёта...


Здрась-те, товарищ ахкадемик!


И мужчина превращается в женщину.


Фантастишн штадт!


Грета Гарбо с Молдаванки!


Видать, к Барже?


Каротин1Каротин 2



Tags: кино и ТВ, мастер
Subscribe

  • «Т»&«П»

    Мгновения, как мы знаем, раздают всем сестрам по серьгам. Развивая тему из того же источника, можно легко прийти к тому, что из мгновений ткётся…

  • Тезисы. 1. Вводное

    Начало отсюда Не дело муз, как известно, заявлять о себе, когда говорят пушки. И, вроде бы, верно: никому не под силу быть услышанным на фоне…

  • Сценарий рабочий

    Просто вспомнилось вот это замечательное кино. И чего только ни случается с этими генералами... Кино и жизнь взаимно обогащают друг друга.…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments