kineska (kineska) wrote,
kineska
kineska

Category:

Нога за ногу


«Смотри на жизнь не в пол-ока, а в оба,
Как Гена Полока.»

В. Высоцкий

У Полоки всегда был особый взгляд на вещи. Плюс особое видение, что не есть одно и то же.

К просмотру этого фильма я пришла подготовленной. И повесть Лавренёва была прочитана, и фильм Аронова-Германа видан. Просмотрела заодно критику разной степени адекватности, равно, как и интервью Мастера разной степени «engagėe».

Признаться, я была готова к неудаче Мэтра, хотя исподволь ждала откровения. Левого взгляда в правом потоке. Хоть попытку расшевелить, смешать весь этот ура-патриотический, покаянно-«исторически правдивый», мутный унисон, на котором произрастают разного рода «Адмирали» и прочая новодельная плесень. Ведь Полока никогда в общем марше не шел. И сам он не раз подчеркивал, что не вписывается в концепцию современного кинематографа…

Чёрт знает… То ли это творческая импотенция распространяется воздушно-капельным путём от Председателя СК на весь его ближний круг?

«Око за око» - шанс увидеть другого Полоку. Изобразительно – прежнего. Узнаваемый почерк ни с чьим не спутаешь. А вот прежней решительности, смелости, свежего взгляда, задора уже нет. Собственно, и по возрасту уже не пристало оставаться революционером. И чиновничья должность в творческом союзе накладывает некоторые обязательства…

[Добавлено от 15.08.14] Штудируя творчество Полоки, я привыкла воспринимать его, как «режиссёра с зубами». И зубы эти демонстрировались всегда к месту. В улыбке. В усмешке. Злой, доброй, саркастической. В самых разных видах, но всё - в более ранних картинах режиссёра. «Око» же вышло по-старчески шамкающим и беззубым. И дело не в том, что главный герой фильма – старик. Ни в коем случае не в почтенных летах самого Маэстро. В чём-то другом, определённо... Ведь смог же Куросава в том же примерно возрасте сделать яркие, жизнеутверждающие «Сны»! А «Око за око» - фильм «диетический». Прочувствуйте сами. Острых ощущений в вашем организме он не вызовет. Но переварится легко. И также легко и естественно будет выведен из организма.

Сегодня слова самого режиссёра о неформате в масштабах современного кино, увы, как ни печально, - всего лишь слова. Полоке по-прежнему хочется слыть революционером в кино, Дон Кихотом в жизни и т.д., но все манифесты и более-менее искренние позывы к правдоискательству остались в семидесятых. Сегодня же и ветряные мельницы более воздушны и эфемерны, тем безопаснее «борьба» с ними, тем более что, на фоне заработанного в прошлом определённого «шлейфа», вдобавок, и выглядит довольно эффектной.

Картина заявлена с рассчётом на думающего зрителя, но смотреть её можно только на эмоции. Пожалеть старенького  П Адамова, посмеяться над ужимками пленных сановников, посочувствовать «безмерно доброму» Кухтину, пошуршать шоколадкой… А думающему зрителю будет скучно в зале. Слишком уж выдвинуто на первый план «человеческое начало» персонажей. Скажу больше: на крупный план. Словно необычайно важно режиссёру, чтобы зритель чего-то вдруг не пропустил и верно понял. И перегружена картина эдакой патетикой, которой нет в повести и которая в малой степени присуща творчеству Полоки. Очень много вывалено в экспрессивной манере, да ещё и на крупных планах, «человеческого переживания». И прёт эта пережеванная человечина с экрана нескончаемым потоком. Откуда же вдруг такая неуверенность в себе, Геннадий Иванович? Нет тонких внутренних вязей, глубоких смысловых прослоек. Всё разом грубо выворочено на поверхность, да ещё и щедро полито сверху церковным ладаном, вытеснившим вдруг Лавренёвскую концепцию «Седьмого спутника».

«Зачем вам дети чужого класса?! – Вопрошала банкирша Ксидиас в «Интервенции» - Рабочие плодовиты!» Собственно, тема самоопределения «детей чужого класса» в социалистической революции очень давно волновала Полоку. Однако, «Око за око» ещё и о другом. По словам режиссёра, это фильм об умении понимать друг друга. Поэтому и ушла ключевая фраза про седьмой спутник, который вольно или невольно втягивается вместе с другими мелкими телами некоей силой в движение гигантского космического тела; резко разводившая персонажей в кадре по разные стороны баррикад. А на её место вставлена инородная и совершенно нелепая реплика про нательный крест, искусственно поворачивающая действие к непротивленческим толстовским мотивам, мотивам примирения и братства, братства во Христе… Можно ли было при таком раскладе сохранить концепцию "Седьмого спутника"? История кино показывает, что можно. Об "умении понимать друг друга" и мощной революционной стихии, остаться в стороне от которой невозможно, остро, точно и актуально рассказывает "Окраина" Б. Барнета, снятая аж в 1933 году.

Реванша и примирения позиций, о чём так много говорили, я в фильме Г. Полоки не углядела. Вообще, позиция режиссёра заявлена как-то размыто. Вроде бы хотелось «повенчать розу белую с чёрной жабой», но, походя, взял, да подчеркнул: вот те – роза, а вот те – жаба…

Красные в фильме показаны водевильно. Правда, досталось и «белым». Но не слишком. Сложные жизненные обстоятельства сломают каждого. И, чем они сложнее, тем быстрее происходит перелом. Это-то и оправдывает их всех в то время как ни единой мотивации, что в пользу, что и в укор красных не предложено. Высокие идеи забыты и задвинуты на второй план. Где-то за кадром лежит раненый Ленин, в ответ, на покушение на которого и был объявлен красный террор (око за око). Отголосками доносятся до белорусской глубинки (по повести – Петроград) сводки, бюллетени о состоянии здоровья Вождя революции. Недисциплинированные, малограмотные солдаты в клокастых шинелях, охраняющие заложников, читают по складам сообщения из газет прямо на посту. Ключевая, в своём роде, сцена чтения газет повторяется рефреном, но, без чёткой структуры, выглядит, как навязчивый, но проходной эпизод.

Главный герой по словам самого Полоки – «пожилой князь Мышкин», «человек чистый и наивный»… Если я до сих пор специально уходила от сравнения двух фильмов, тут уже ничего сделать не могу. Пожилого Мышкина ни у Полоки, ни у Пахоменко не получилось. Пожилым Мышкиным был Попов в фильме Аронова-Германа. Понятно, что задачи переиграть Попова Пахоменко не ставилось. Невозможно.

Пахоменковского Адамова не увлекла с собою революция, как стихия, подобно тому самому, седьмому, спутнику. Он озвучивает своё понимание, но никак не проникается идеей большевиков.

В старом фильме волшебным даром Попова показан путь героя в «седьмые спутники». В фильме Полоки не осталось даже самой ключевой фразы. Без неё рассыпается всё повествование, и не цементирует его христианская, примиренческая идея, втащенная туда Полокой за уши, как в посудную лавку. Герой попадает в революцию под грузом внешних объективных обстоятельств, подтверждённых религиозно-нравственной демагогией. Это – не путь «наивного и чистого» человека, но путь приспособленца. Если, увлечённому революционной стихией, герою Попова уже никак невозможно восприпятствовать потоку, нет пути назад, и он гибнет идейным бойцом революции, Пахоменковский Адамов настолько неубедителен со своей примиренческой демагогией, что получает в финале пулю от своих вполне заслуженно, как предатель.

Снятый в год 50-летия Великой Октябрьской Социалистической революции фильм о красном терроре, «Седьмой спутник» и сегодня смотрится достаточно свежо и смело. Хотя ничего шедеврального, помимо игры Попова, в нём нет. Однако лента Аронова-Германа смотрится сегодня острее и современнее, даже без скидки на время, в которое была создана. Нейтрально же высказаться о красном терроре, оглянувшись на 1918 из двадцать первого века это даже не…

Хотя, почему на восемнадцатый? Полока оглянулся на 60-е прошлого столетия и перетащил оттуда и свою нереализованную затею, и выхоленную за полвека личную обиду. Ни интересной формы, ни даже более интересной формы, чем фильм Аронова-Германа, ни свежего взгляда (модные нынче христианско-толстовские мотивы я во внимание не беру) представлено не было.

То, почему Полока не получил права на экранизацию имеет разные версии. По одной, приписываемой Герману, вдова Лавренёва не разрешила бы незнакомому режиссёру браться за экранизацию повести. (У Полоки на тот момент за плечами было довольно сумбурная «жизнь в искусстве» плюс одно уголовное дело.) По версии самого Полоки, он не получил права на экранизацию по причине заговора, происходившего за его спиной. Ну, заговор – это очень в стиле Полоки!

Кстати, повесть на тот период была экранизирована дважды. У меня даже в какой-то момент возникло ощущение, что право экранизации мог получить кто угодно, но не Полока. Значит, заговор, возможно, и был… Но, а если серьёзно… Серьёзно, извините, не могу.

Очевидно, что у Мастера получилось не то, что вынашивалось с 1967 года. Бывает. И вообще, в современной ситуации нельзя проявлять излишней симпатии к большевикам. (Полоку же и так считают "красным", а под такую репутацию нынче много сложнее добыть денег на будущие проекты, нежели с прежней репутацией в оные времена.) В стилистику реалистичной картины была впрыснута доза водевильности, но тут же была и отторгнута самой формой, образовав причудливые и совершенно инородные вкрапления, чуть ли не вставные номера. Аскетичность (вы видали где-нибудь аскетичные водевили?), о которой также упоминал в своих интервью Полока, и которая на деле отсутствует в картине (изобразительная бедность не есть аскетичность!) могла бы определённо стать формой, задающей тон всему повествованию. Но нет.

Формы у картины вообще нет никакой. Мастер оперировать настроением, Полока здесь резко изменил себе. А ведь картина о красном терроре, атмосфера которого абсолютно не ощущается на протяжении всей ленты, хоть и насаждается информативно рефренами с красноармейцами, читающими сводки, и вялым «аттракционом», прописанным, кстати, ещё в повести, в виде грузовика, ощетинившегося ворохом винтовочных штыков, катающимся по городу символом этого жуткого террора, нависшего над городком с новодельными церквями, бутафорскими фонарями и афишными тумбами. Нет атмосферы, нет состояния. Есть просто иллюстрация, чем активно грешат постановщики нового поколения, но что не пристало такому игуанодону мастодонту от кинематографа, как Полока.

Не секрет что по одному и тому же произведению можно снять совершенно разные фильмы, не похожие, как друг на друга, так и на первоисточник. В литературном первоисточнике каждый способен найти вычленить что-то своё. Ничего свежего и неожиданного Полока мне, как зрителю, не сказал. Чуда не случилось….

Особых, каких-то принципиальных разночтений с фильмом Германа в пользу новой экранизации я не нашла. Это просто – вторичка. Увы.

У Полоки новый оператор. Камера, в общем-то, предмет объективный, которому всё равно, на первый взгляд, кто за ней стоит, кто нажимает на кнопку «пуск». Но есть какая-то чертовщина и никто не может этого объяснить: камере не всё равно. И здесь я вижу несоответствие. Как-будто оператор чисто механически выполнял свою работу, действительно, нажимая на кнопку. Представитель старой школы, Полока – режиссёр рисующий. Это значительно упрощает (хотя, не исключаю, что и усложняет) работу оператора, как соавтора по изобразительной части. Оттого узнаваемая стилистика по форме соблюдена. Т. Логинова – одна из ведущих операторов студии «Беларусьфильм». Я знаю этого оператора по другой картине, «Дикой охоте короля Стаха». И то, как мастерски была снята "Дикая охота" действительно поражает. "Око" в этом плане выглядит довольно бледно и неинтересно.

Не стало постоянного художника и друга Полоки, М. Щеглова. Вместо него на «Око» в качестве художника был приглашен Б. Бланк, работавший на «Добро пожаловать…» с Э. Климовым, грешивший в 90-е и режиссурой («Месть шута», «Шейлок», «Карьера Артуро Уи»). Бланк создал несколько добротных декораций со множеством мелких деталей, которые присутствуют в кадре не больше пары-тройки минут. Как и Логинова, Бланк пытается соблюдать характерную визуальную концепцию фильмов Полоки. Бланк определённо готовился к работе, видел ранние фильмы режиссёра. Предполагаю, что фильм Аронова-Германа он видел тоже...

С музыкой также что-то не то. Полока уже давно не работает со Слонимским. Баснер умер. Поэтому в «Оке» нет точных, проникновенно тонких, «настроенческих» попаданий, нюансов и тем. Есть музыка Артемьева и после просмотра фильма запоминается лишь чудовищный корпоративный марш «Россия – родина побед. - Четыре сбоку – ваших нет.» И то, не художественными своими достоинствами, а именно чудовищной нелепостью своей…

И вцелом фильм Полоки смотрится как тщательная стилизация под Полоку. По-сути, фальшивка, хотя и выдержанная в техническом плане.

Этапная ли это работа для Полоки? Трудно сказать. Этапная только в плане легенды, что он стремился её сделать много лет. Но стоило ли оно того? Может, имело смысл взяться за другой проект, чем ломиться через много лет в раз уже захлопнувшуюся дверь?

Tags: кино и ТВ, мастер
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • «everybody eat fromage...»

    Oh, la la! Песенка-речевка (oder franzosisch rock&roll?!)! C'est superchouette! А барышня, кажется, Карла Бруни. Уехала с Карлом…

  • Ценные кадры

    Помню, как Кара, приступая к съёмкам очередного своего «chef d'heuvre», водил съёмочную группу телевидения по «историческим…

  • Предтеча «ЗнаТоКов»

    «Солдаты в синих шинелях». Можно подумать, что далее речь пойдёт о доблестных сотрудниках НКВД, боровшихся с бандитизмом в годы войны…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments