kineska (kineska) wrote,
kineska
kineska

Categories:
  • Location:
  • Mood:

«Мчится парочка вдвоём…»

В его глазах – трагическая обречённость. Она – сама безмятежность.
Он царевич. Она – дворовая девка. Они вместе.
Её жизнь удалась. Его – нет. Он обречён, но гонит прочь эту мысль. Он предавал и, вот, предан сам. Брошен, оставлен всеми, кроме неё. С ней не так страшно. Но с ней и не так надёжно: ведь девка простая. Однако стоит взглянуть в её румяное довольное лицо и возвращается надежда… Не она в нём – он нуждается в ней.

Отец его тоже живёт с низкой девкой. Но он не копия. Он – пародия на своего великого отца. Рождённый царствовать, он не создан царствовать. Когда охватывают тоска и отчаянье, он срывается. Бьёт смертным боем свою Афроську, но, спохватившись, в испуге, молит о прощении и целует ей руки и ноги. Плачет.


Черкасов играет ярко. Играет привычную для «разоблачительно-вредительского» кино 30-х тему «врага» в стане своих. Бросает на полотно яркие краски сочными мазками. Царевич подл, низок, неприятен. Болен. Головой немощен. Просит отпустить. Бежит.

Черкасов играет тонко. Играет на полутонах человека слабого, тихого, силой загнанного в непривычные, неудобные, враждебные для себя условия, созданные волей своего неуёмного отца. На его глазах рушится всё, к чему он привык. Он глубоко страдает, но и восстать не находит сил. Пойди за отцом – обречён. Ибо не способен и не принимает отцовского пути. Пойди за боярами и страждущим привычной старины, стань новой надеждой старой Руси, восстань на отца – обречён. Потому, что не на царствие по старому, с «милыми сердцу попами» на посконной тысячелетней Руси, но на заклание толкают его. Потому, не просто бумагу подписывает, но – приговор. Себе приговор. И он понимает это в глубине души, хотя на иное надеется.

Она – существо плотоядное. Жадное, яркое, страстное. Он ведом и слаб. Она – от земли и плоти. Она хороша! Бела, кругла, розовощёка. Страстен и чувственен пухлый детский рот. Когда улыбается – на щеках ямочки. Он некрасив. Длинный, нескладный, с вечно мокрыми губами, угловатый, как подросток. Неуравновешенный, неврастеничный.

И они вместе. Она – по привычке. Из той вечной бабьей жалости, что не есть любовь. Да и та уже давно на исходе. Он от –  отчаянья. Накинь ей судьба новую авантюру – не держалась бы за своего Алёшу. Пропадёт? А, и пусть пропадает. Это – его судьба.

Ефросинья и Алексей – Ирина Зарубина и Николай Черкасов.

Говорят, была конкуренция между ним и Симоновым. Говорят, он сам хотел играть Петра и обращался к Петрову с просьбой отдать роль ему. Но режиссёр был мудр. Режиссёр сказал: «Не сомневаюсь, что Петра ты сыграешь блистательно. Но в фильме есть роль куда интереснее и сложнее.»
Tags: картинки, кино и ТВ
Subscribe

  • «Т»&«П»

    Мгновения, как мы знаем, раздают всем сестрам по серьгам. Развивая тему из того же источника, можно легко прийти к тому, что из мгновений ткётся…

  • Я буду звать его маленькой верой

    Кабы не мой левый курс и не живой интерес к вестям с левого фронта, я бы и не узнала о том, что Соловьёв прошелся по Парфёнову. У меня Парфёнов…

  • Типология советского кино?!

    Очень занятный ролик занесло ко мне в ленту! На первый взгляд, проводить таксономическое исследование отечественного кино, разделяя его на…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments