kineska (kineska) wrote,
kineska
kineska

Categories:
  • Mood:

Было у турецкоподданного три сына. И все - Шмидты.

Собственно, в заглавии я максимально точно выразила своё отношение ко всем трём экранизациям произведений Ильфа и Петрова[1]. Записки телезрителя.

В праздничные дни, во время ленивого пролистывания телеканалов, появилась возможность освежить в памяти образы всех троих «главных Бендеров» отечественного кино.

Оговорюсь сразу: я – за Гайдая.


Хотя, точнее был Швейцер. Хотя стилистика Захарова мне ближе.

Так случилось, что книгу я прочла лет в 7-8. Ни черта, конечно, не поняла. Поэтому перечитала ещё пару раз. Включая и записные книжки, в которых ржала до слёз над ремарками вроде «В комнату, путаясь в соплях, вошел мальчик». Согласитесь, одинаково смешно, и, как эпитет, и даже буквально!


Фильмы прошли ещё раньше! Я знала, о ком читаю, визуально воспроизводила фрагменты в памяти. Но, по причине юного возраста, неслучайно, что все три фильма слились для меня в единое полотно.


В те далёкие годы многосерийные фильмы транслировались по выходным. По одной серии в каждое воскресенье. Очень хотелось сесть и смотреть, но меня гнали гулять. Дорвавшись же однажды до Захаровских стульев целиком, я была в большей степени разочарована.

Я с некоторым недоумением приняла Бендера-Миронова. То есть, Миронова – да. Со всеми его характерными ужимками, танцами и песнями. А вот Бендера с характерными ужимками, танцами и песнями Миронова – скорее нет. Я ждала появления обаятельной, манкой толстухи-Грицацуевой с ямочками на щеках, но на экране видела другую женщину, в которой не признала блондинки Шукшиной. И с ней не было безумно смешной погони в опустевшем Доме Народов. Я ждала запавшего в память обрывка фразы про «… из собачьего хвоста сито», но не слышала его. И я смутно помнила, что Бендера сопровождала компания каких-то мужчин, но видела лишь Папанова, который мне здесь категорически не нравился[2].

Понимаю, что в юном возрасте сложно бывает оценить формалистский подход как визуальный ключ, в котором подавалось телевизионное действо. Странно, что недавний порыв освежить картину в памяти, удержал меня на плаву всего с четверть часа. Мне не хватило чистого жанра. Это был недомюзикл, недобуфф. И это вовсе не выливалось в какой-то новый, изобретённый здесь же, на площадке, жанр.

И буквально какой-то мелочи не хватило Миронову до абсолютного Бендера. Захаров форсировано бросал на полотно слишком яркие и крупные мазки и совершенно забросал ими двоих, очень, в общем-то неплохих, актёров. Да и остальных тоже. А песни и вовсе отбросили Миронова от Бендера на дополнительный к первой сотне километр.

Гайдай не мудрствовал лукаво, переиначивая роман, как приключенческую комедию представлений. Без подтекстов, в собственной, характерной стилистике, в классической манере советской комедийной школы. Фабула романа в более завуалированной форме проявилась ранее в «Бриллиантовой руке», а в менее завуалированной – в «Спортлото-82». И, если вспомнить того, пресловутого писателя, «который всю жизнь пишет одну и ту же книгу», то в этом, в общем, нет особой странности.

Роман не киногеничен в силу яркости и сочности языка, коим изложено содержание. От этой цветистости Гайдай мудро отказался, не уйдя, впрочем, от соблазна оставить Бендеру наиболее яркие его высказывания, довложив, вместе с тем в его лексикон парочку эпитетов от авторов.

Точно так необходимо было «чистить» литературный материал для выхода, пусть не на чистую Мейерхольдовщину, но на буффонаду, отягощённую элементами соцреализма и модернизма в духе 20-х годов. Как удалось это, например, в своё время Полоке при переносе на киноэкран театральной революционной пьесы.

А с фильмом Швейцера, пожалуй, сложнее всего. Он выступает, как реалист. Он прекрасно воссоздаёт на экране визуальную атмосферу эпохи. Находит максимально точные детали и оперирует ими, след в след идя за киноноваторами, стоявшими у истоков Советского кино. И в его «Телёнке» прекрасно всё. Кроме, разумеется, финала. Но и он, при всей своей отвратительности, стилистически выдержан безупречно! Выключите звук и в вашей голове возникнет очаровательный диссонанс так как видеоряд будет полностью перекликаться с видеорядом немых картин 20-х. Этот подход был блестяще опробован двумя годами ранее, на «Времени вперёд!». (Юрский, Куравлёв дойдут оттуда за Швейцером до самых «Маленьких трагедий».)

В «Телёнке» Бендер не тот, что в «Стульях». Буквально вернувшийся с того света, с не менее химерической мечтой, он предстаёт уже основательным стратегом. Всем хорош в этой роли Юрский! Безупречен. Но как-то излишне прагматичен и сух. Он – машина. Генератор ходов и идей, постоянно решающая одну сверхзадачу, не размениваясь на сопутствующие обстоятельства, перемахивая порой через головы и судьбы, жертвуя пешки, не замечая, что теряет он так на пути к достижению мечты, значительно больше. И тем больше, чем ближе становится эта мечта.

Бендер Юрского – персонаж трагический. Эдакий буффонный Гамлет.

Бендер Миронова – не Бендер вообще поющий, танцующий Пьеро. Он же и Арлекин. И при нём Панталоне, Воробьянинов. Но это  не комедия масок! И, наконец, лента сделана почти целиком на средних планах. Был ли этот ход следствием театральной спецификации режиссёра, или намеренно применён, дабы усилить «театральность» действа – трудно сказать. У большинства режиссёров монтаж – лишь технический приём, и, лишь у единиц – одно из выразительных (а, порой, и самое!) средств киноязыка, на котором те общаются со своим зрителем.

Гайдай выгадал, пригласив на главную роль грузина, с характерным, ярким темпераментом, профилем, обаятельного, но не слишком харизматичного. Образ, конечно, дотянули озвучкой и, в общем, в избранной стилистике, всё, что называется, срослось. Оправдана и привязка к современности. Ярки и не теряются на обширном лоскутном полотне первоисточника второстепенные персонажи. Фильм не идеален, но он состоялся. Состоялся в своём роде. Состоялся именно благодаря тому, что авторы сценария бросили под ноги визуальному решению литературогению романа. Хотя и тут нельзя не заметить, как динамичные сцены вязнут и буксуют в Ильфо-Петровском многословии, пусть даже и быстро выправляются за счёт нового гэга.

* * *
В контексте я бы упомянула ещё один образ, созданный в аудиоварианте романа, мастерски начитанном Вениамином Смеховым. Предложенный им образ показался мне достаточно самобытным и кое в чём даже  неожиданным! Бендер Смехова – мелкий молодой жулик, каковым он и предстаёт в первой части романа, в образе, на котором строилась концепция Гайдая. У этого Бендера выраженный южный говорок с характерной «приблатнённой» интонацией, на которую очень органично ложатся его меткие метафорические высказывания, ушедшие в народ со страниц романа. Такой, аудио-Бендер, показался мне достаточно ярким, живым и отнюдь не бестелесным, каковыми часто представляются герои звуковых книг. Он зажил, задышал, вступил во взаимодействие с не менее ярко заявленными чтецом второстепенными персонажами. И такое решение мне показалось наиболее интересным. Не менее любопытным получился образ Воробьянинова, речи которого чтец придал манерности, а, для пущей характерности, добавил лёгонького грассирования.

Вот, как-то так…







[1] Я знаю про две поздние экранизации, знаю! Знаю даже тех,  кто их делал. Но, на фоне этих трёх, говорить о прочих считаю неприличным.
[2] Я никак не ассоциировала его с Воробьяниновым.
Tags: детство, кино и ТВ, литература
Subscribe

  • «Т»&«П»

    Мгновения, как мы знаем, раздают всем сестрам по серьгам. Развивая тему из того же источника, можно легко прийти к тому, что из мгновений ткётся…

  • Тезисы. 1. Вводное

    Начало отсюда Не дело муз, как известно, заявлять о себе, когда говорят пушки. И, вроде бы, верно: никому не под силу быть услышанным на фоне…

  • Сценарий рабочий

    Просто вспомнилось вот это замечательное кино. И чего только ни случается с этими генералами... Кино и жизнь взаимно обогащают друг друга.…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment