Category: дети

Category was added automatically. Read all entries about "дети".

Микки

Книга книг

В ней написано о каждом из нас. Каждый, без исключения, найдёт здесь о себе волнующие строки. Здесь всё. От рождения – до смерти. Все наши желания, пороки и страсти. И единственно верный путь к исцелению души.
Collapse )
Микки

Гримасы латентности

В одном оздоровительном летнем лагере устроили «день наоборот». Мальчики нарядились девочками, девочки – мальчиками. Было весело всем, кроме какого-то упоротого пацана, который пожаловался маме. И тут началось! Вплоть до того, что родители призвали проверить администрацию лагеря на предмет пропаганды ЛГБТ. Во, как!

Я своё пионерское детство вспоминаю. Пионерлагерь «Орбита» от Минсвязи. Мы сидим в зале и угораем над очень смешной пародией на «ЗнаТоКов», которую показывают вожатые. При этом Зиночку играет парень в юбке и белой водолазке, под которую, в положенном месте ему подвязаны две трёхлитровые банки. Их очертания отлично прослеживаются под водолазкой, банки гремят, парню неудобно, но это только усиливает эффект. А в конце сборного концерта, вожатые-мальчики, радисты, физрук исполняют «классику», танец маленьких лебедей. Все смеются и хлопают, и никому не приходит в голову, что после концерта они разобьются на пары и пойдут за клуб целоваться.

Collapse )
Микки

Куда всё катится?

Гроза долго колебалась, идти ей в наши края или не идти. Плюнула, ногой топнула и не пошла. Нам это вылилось в небольшой дождичек и далёкий гром.

Дождичек маленький, а после него - духота, как в бане. Я прибирала на балконе, невольно подслушала разговор в палисаднике напротив, где на лавочках сидели какие-то дети лет семи-десяти, может быть, двенадцати - я не разбираюсь.

И, вот, слышу, девочка рассказывает.

- Сегодня была гроза. Мне было так плохо! Голова болела, давленние поднялось...

А я вот не помню, у нас такое было? Мне отчего-то кажется, что, пока про магнитные бури не начали говорить по ТВ, никто от них и не мучился.

А мы-то, в общем, не поколение богатырей.
Микки

Курсом на тартарары!

С ностальгией вспоминаю времена, когда выходила на улицу без маски. Но зато я с удовольствием ношу перчатки. Это стильно. Не резиновые, конечно, а дамские, эластичные. Даже, если бы это было вульгарно, я всё равно бы тешила так свою патологическую брезгливость. Не могу без содрогания прикасаться к предметам, которые до меня трогал кто-то ещё! Поручни в общественном транспорте – мой маленький ад!

В магазинах все без масок и перчаток – продавцы устали предупреждать. Хотя тут москвичей «поздравили» с появлением уже местного, самобытного штамма китайской заразы. А ничего удивительного: любая зараза, попав в Москву, так и стремится пустить здесь корни!

С удивлением узнала, что в городе запретили сидеть на лавочках, позакрывали детские площадки. Тут, вообще-то, тоже Москва, но весь день на площадке детский писк и визг. А, как дело к ночи – «детский визг» включили уже взрослые. Прямо на лавочках. С час всего, как разошлись, звеня посудой.

Днём под окнами отчаянный крик: «Вы все ангелы! Ангелы! А я Демон!» Кричал ребёнок лет семи-десяти – я не разбираюсь в них. Кажется, это продолжение недавней истории… Я не знаю, что там за Иисус обретается на Ореховом бульваре, но адрес его оппонента я уже примерно знаю!
Микки

Артефакт 1963

Я была на ёлке в Кремле. Не в 1963, естественно, а намного позже. И я была конкретно в модерновом Кремлёвском Дворце с куда более примитивными интерьерами, чем изображенные на крышке жестяного барабанчика. Хотя, дерево там было не хуже!
IMG_20201224_175213.jpg
Так получилось, что маме дали билет на Ёлку в Кремль, а я тогда ещё в школу не ходила. Меня в том возрасте должен был сопровождать родитель, тем более, что мероприятие, хоть и детское, но вечернее. Но на Кремлёвскую Ёлку родители не допускались.


IMG_20201224_174726_1.jpg

Collapse )
Микки

«Резать к чёртовой матери, …!»

Это мне попался вчера пост про удаление гланд и аденоидов. И нахлынули воспоминания!

Детская поликлиника сорок четыре, тогда ещё на улице Комарова. Приезжаем с мамой на девятом троллейбусе. Две остановки и немного пешочком. В фойе встречаю Серёжку Ивлева из нашей детсадовской группы. Он тоже с мамой.

Нам  назначено одно и то же. Идём к кабинету уго-горло-носа и ждём. Наш «ушник» - мадам Гутаковская. В ушах у неё болтаются чернёные серьги с бирюзой, в горле кроется властный и зычный голос, а нос – характерный для Гутаковских. Человек на своём месте, одним словом.

Помню, как вчера. И было мне, наверное, лет пять. Может, четыре. Серёжке – соответственно.

Collapse )
Микки

С Царём в голове и сценарием в руках... (IV)

IMG_20180122_223332.jpgПредыдущая часть
«Ввергаемы еси…» (Заклание младенцев)

Убийство ребёнка – сквозная тема, проходящая сквозь всё творчество Эйзенштейна. В контексте первым делом на память приходит знаменитая коляска на Потёмкинской лестнице или дети, кидаемые в костёр безжалостными крестоносцами. Ребёнок, сброшенный с крыши в «Стачке» или зарезанный в «Бежином луге». Невинные жертвы суровых внешних обстоятельст, закланные агнцы.

В «Иване Грозном» никак не раскрыта тема царевича Дмитрия, которому призывал со смертного одра целовать крест Иоанн. Над чьей люлькой как две птицы, чёрная и белая, сошлись две матери, хищная Ефросинья и защитница-Анастасия. В сценарии также как-то своевременно позабыли о младенце.

Но есть в фильме поистине замечательная сцена «Пещного Действа», где посреди храма разыгрывается христианская мистерия с чудесным спасением трёх отроков из огненной печи царя Навуходоносора. Сцена отзывается отголосками Шекспировской «Мышеловки» и призвана стать катализатором для Ивана.

Collapse )

Микки

На уровне ощущений

«Когда деревья были большими» - оксюморон. Деревья большие всегда! Это кустики – маленькие. Их даже в детстве воспринимаешь маленькими. И доверия им как-то больше.

У нас в Останкине – сплошь коренные дубы и понасаженные тополя. Оттого воздух тут горьковатый на вкус и даже в часы пик, когда машины пылят и дымят будто сдельно, эта лёгкая горечь создаёт эффект прохлады и свежести. А все кусты тут цветут и дают ягоды разного цвета, белого, красного, чёрного. Правда, есть эти ягоды нельзя. Разве что, в крайней стадии кромешного отчаяния и безысходности.

В детстве, кстати, такое состояние навещает тебя постоянно. Есть же вещи, о которых не спросишь у взрослых – они не поймут. Для них наши детские проблемы – капризы. Они давно забыли, каково это, когда тебя, солдатиком, спелёнывают и суют в одеяло, а потом ещё – в коляску, как в маленький гробик. Ты еле дышишь там. Пахнет клеёнкой. В моём детстве все коляски обшивались клеёнкой – так гигиеничнее. Отсюда ничего не видно. Для надёжности, ещё поднимается верх, и пристёгивается попонка. И ещё такая прозрачная штучка… Она только кажется прозрачной – из коляски через неё не видно ни-че-го! И ты хоть оборись там, выражая свой протест – взрослые начинают трясти тебя в этой коляске так, будто желают вытрясти обратно, всего год, как вселившуюся в тебя душу. Они считают, что это успокаивает! У них, вероятно, отшибло память. Их, вероятно, слишком сильно трясли!

Collapse )